Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
16:15 

Охота

Идут, в траву роняя тени,
Ступая вязко, как в клею,
Ловцы дремотных наслаждений,
Тая от взгляда чешую.

За ними сеть, росу стегая,
За сетью псы, за псами Сон
Охоту слепо направляет,
Вечерним ядом напоен.

В ловушках каменные птицы,
Под стражей жертвенных шестов,
По волнам воздуха струится
Цветная стайка лоскутов.

Дары Богам, маяк вершине,
Межа владенью между рек,
Они хранят немое имя,
Что уронил тут человек.

Бежит охота стороною
Под стон невидимой струны,
Сейчас полог ее укроет
Безлунной мглы и тишины.

И ты сюда придешь с рассветом,
Что вол, нарочито двурог,
Неся звезду свою, одету
Теплом ночных ее тревог.

И, раскроив подол кафтана,
Повяжешь шелк кругом шеста.
Проснется поздно или рано
Она, язычески чиста.

16:14 

Цепляясь за поручни жизни
Над чащей немытых рогов,
Стремишься к обещанной тризне
Кошерных вкусить пирогов.

Адепт мирового закона,
Усердный садовник сердец,
Купон проездного талона,
И Царь Муравьев, наконец.

Ты телом взрезаешь потоки
Холодных и теплых фронтов.
В седалище перст одинокий,
Всегда к повороту готов.

В походном твоем несессере
Горсть нищих, скамейка и таз,
Ты моешь тела им по мере
Фальшивых лечения язв.

Ты праведный внук патриархов,
Зиждитель домов из костей,
И скромный вручитель подарков
Владельцам смирённых страстей.

Ты график, скользящий в елее,
Расписанных в жизни крестов,
Взрослее, сильнее и злее
Становишься с каждым постом

16:14 

Повешенный (XII).

Мне суетно, страшно,
Мне зябко и стыло,
Сегодня – вчерашний,
Немытый, унылый.
Разорванной ватой,
Разбитый в осколки,
Разбросан по датам,
Раскидан по полкам.
Я прах под ногами
Теней посторонних,
Избитый шагами,
Изрытый в воронки.
Я падаю сверху,
Я пепел и сажа,
Измерянный меркой,
Безрадостной вашей.
Изгрызенный крысой,
Подпорчен мышами,
И в воздухе висну,
Как труп обветшалый.
И тихо качаясь
По ветру, по ветру,
Я с болью венчаюсь,
Так часто, как редко.
Ты помнишь, ты знаешь
Другого, живого…
Кого ты ласкаешь
Безжалостным словом ?
К кому ты приходишь,
С клещами, с тисками ?
Кого ты находишь
С пустыми руками ?
Ты нежно толкаешь
Мне кости ногою,
И с ними играешь,
В экстазе, в запое…

Дурак (0)

Куда я шел, ведомый слепотой,
Передо мной лежала пропасть счастья.
Я видел город, схваченный ненастьем,
Я видел пустошь, бывшую водой.
О, Парацельс, хозяин тайных сил,
Мне панацея - лишь лоботомия,
И каждый новый шаг - моя стихия,
А каждый предыдущий я забыл.
Что я нечаянно узнал в бреду,
Мне естество не дозволяет вспомнить
Я сквозь повязку вижу эти холмЫ,
И этот путь меж ними в пустоту.

Луна (XVIII)

Ты тянешь вой, как яд из крови тянут,
Из волка на холме и из Земли.
Плывешь меж роз, не зная, что увянут
Они к утру, охрустками в пыли.
Врачуешь раны и наносишь раны,
Истомною тревогой в чаше сна.
Я множеством твоим давно обманут,
Хотя я знаю, ты в саду одна.
Я освящен, как мирра, поцелуем
Твоим, протянутым из ночи в ночь.
Я обжигаю грудь, тебя балуя,
Той болью, что не в силах превозмочь.

Солнце (XIX)

Младенец вечный под твоим зонтом
Играет с тенью и не знает тени,
Его упрямо ставишь на колени,
И выплавляешь смертное огнем.
Как птица в очаге, томится он,
Ты вертишь вертел, поливаешь негой,
Его готовя к седине и снегу,
И к неизбежной пасти похорон.
В тебе, как невесомый силуэт
Он тает, исчезая и волнуясь.
В горячем воздухе играя и целуя
Тебя, забыв, что исцеленья нет.

20:45 

Дом РЫБЫ

Построю дом из воска и слюны
Для дивной РЫБЫ, названного кума,
Приди, спустись с гряды моей спины,
Развей, развей мою кривую думу.

Развей ее до чувственных стрекал
Прозрачных, как медузы, силлогизмов.
И поцелуем волчий мой оскал
Насыть немым, как насыщают жизнью.

И оплети колючим плавником
Железный стан красавицы двуликой,
И исчерпай из терния венком
Ее тоску по триумфальным крикам.

Давай зажжем соломенный дворец,
Где из яйца рождаются химеры.
Плыви сюда, доверься, наконец,
Тому, кто сам в дворцы химер не верит.

Он пропитает жиром чешую
И подведет опалы глаз сурьмою.
Приди к тому, гордыню кто твою
Смиренных мыслей защитит тюрьмою.

Для РЫБЫ дом у умершей волны,
Стесненной в пене статуей младенца.
В покоях крики тишины слышны,
Отдавшейся насилью экзистенций.

20:43 

Скользя с ладони как в слалом,
Обмылком розовым, взлетает
В паденье каменным челом
Он бюст Платона разбивает.

Рикошетируя в углу,
Он по гиперболе горбатой
Стремится зацепить скулу,
В тазу сидящего Сократа.

И, пронизая влажный пар,
Он нос Зенону расколотит,
В глазах шампунь, в груди пожар,
В дверях мохнатый Аристотель.

Свободу мне! На воздух! Прочь!
Из плена мраморной купальни,
Никто не в силах превозмочь
Мое природы пониманье.

20:40 

Жалей меня! Я здесь, средь лопухов,
Забытый поколеньями, осколок
Далеких, неопознанных веков
Вдали от тишины музейных полок.
Жалей меня! Когда из-под резца
Великого художника я вышел,
Я частью был известного лица
(Хотя, не отрицаю, что и лишней.)
Когда меня от камня отсекли,
То, прежде чем отбросить в груду лома,
Еще в руке мгновенье берегли,
Мне сообщив доселе незнакомый
Момент любви (конечно, не ко мне,
Но к некоему образу ab Eros)
Однако же достаточный вполне
Чтоб скрасить мою каменную серость.
Храню я эту атомную дрожь
В кармане кристаллической решетки.
Века любви истраченной на ложь.
Жалей меня, оставь немного водки…

20:06 

Искусство брить

Глядеть на мир бревном в глазу,
Искать иголку в стоге сена,
Подругу дергать за косу,
Вот круг желаний вожделенных

Скорей цирюльник молодой,
Вращая кресло у зерцала,
Пролей же кельнскою водой
Ее печаль с конца в начало.

Рукастый дьявол, как баян
Охватит окорок широкий
Еще плывет в глазах туман,
А в сильных пальцах чьи-то щеки.

Он шепчет ей, считая дни,
В рядах творцов лукавый зритель,
Твои глаза во тьме одни
Мне осветят мою обитель.

Прикинь на темя каравай,
Склони на грудь главу овечью.
А знаешь, милая, давай
Твоих подруг сзовем под вечер.

Но острой бритвой между тем,
Уже сбривает шерсть с предплечья.
Искусство брить, известно всем,
Всегда с прекрасным ищет встречи.

20:05 

Искусство шить

За пальмою, в тени портьер,
Тая иголку в складках тела,
В корсете тесном, кавалер,
Родитель дум, безумно смелых.

Он ждет ее, сложив персты,
Суровой ниткою обвязан,
Он вожделеет красоты,
Души, лица и платья сразу.

Войдет она, развеяв сон,
Тяжелой поступью котурнов
И он, желаньем упоен,
Ее ударит медной урной.

Кальмаром стан ей оплетет,
В ногах взрастет грибком зазорным
Щеколду вышьет у ворот
Калитку вышьет у забора

Почтовый ящик у стены
Тесьмой и крепом обозначит,
И с той и с этой стороны
Узлы в узлах надежно спрячет

И заживет с ней, как портной,
Глубокомысленно и дивно,
Правдовладелец удалой
Истинноносец позитивный.

18:55 

Неузнанным Кусто в стеклянной полумаске,
В резиновых трусах, лелея эхолот,
В аквариум чужой, прикормлен и приласкан,
Я лезу через фильтр, глотая водород.
Средь мути и песка, взметнувшегося следом,
В пластмассовом плену царица этих вод.
У замка на цепи магнитная торпеда,
Незваного меня во мраке стережет.
Дрожи, душа моя, той медленною дрожью
Которой предварен холодный наш экстаз,
Сегодня я опять, ловец твой невозможный
Проникну в твой гарем, как делал много раз.
Пусть сыплет черствый корм жестокий твой хозяин,
Над ложем дивных снов в купель немых страстей,
Пускай огромный глаз, в отчаянье вращая,
К стеклу с той стороны подносит в простоте.
Сачком ему водить по скользкой стенке вольно
И скрежетом ногтей улитку испугать.
Ревнивого ума не счесть путей окольных,
Но нашего пути не в силах он узнать.
Неведомы ему законы тайной встречи,
И в справочнике он напрасно ищет их,
Неравный наш союз, увы, нечеловечен,
Нечищеным стеклом укрыт от глаз чужих.

21:44 

Раствориться в беспамятстве хочется
И отторгнуть себя, вчерашнего.
Горстью я зачерпнул одиночество,
Да не выпил, не смог, закашлялся.

И вслепую, наощупь, как клЕшнями
По столу я блуждаю в поиске.
Где же руки твои, обещанные?
Мне без них неуютно, боязно.

Где же память моя окаянная?
Где же крылья мои беспечные?
Отчего же вот этак, названным, я
Оказался в плену человеческом?

О ничтожном к себе снисхождении
Разве я не молил Апостолов?
Пред тобой не стоял на коленях ли?
А вот шарю ж руками по столу.

Может там, за пустынной скатертью
Никого уже нет, иль не было?
Если вправду один я, на паперти,
Так подайте кусочек неба мне.

Не взлететь, так хотя бы раскаяться.
(Впрочем, совесть уже заложена!)
Так что полно вертеться да маяться,
Да цепляться за это кожею.

Ruslanus

главная